February 19th, 2014

berlin

Эдуард Лимонов (теле-эфир) // "Life News", 18 февраля 2014 года

.




Писатель Эдуард Лимонов считает, что раскол на Украине неизбежен

Политик утверждает, что в создании массовых беспорядков на Украине виновата оппозиция и если майдан разгонят, то раскола страны не избежать.

В эксклюзивном интервью LifeNews Эдуард Лимонов рассказал о своем отношении к событиям на Украине и попытался спрогнозировать дальнейшее развитие событий.
.
berlin

Эдуард Лимонов (блиц-интервью) // "Life News", 19 февраля 2014 года

.


#4ВопросаЗвезде

— Чего вы боялись в детстве?

— Думал, вот мать умрёт -- плохо будет.

— Кто для вас является примером?

— Александр Великий.

— Каким животным вы хотели бы быть?

— Животным? Нет...

— Способность, которой вам хотелось бы обладать?

— Быть невидимым. Чтобы от ментов уходить.
.
berlin

Эдуард Лимонов // "Vogue", №3, март 2014 года

.


РЫЖИЕ ИСТОРИИ

Волосы багряного цвета — на острие моды. По просьбе «Vogue» Эдуард Лимонов вспомнил о самых ярких рыжих девушках в своей жизни.

Неярко-рыжая Людка, тихая, элегантная, хрупкая, с молочной кожей, жила за никогда так и не достроенным стадионом. Мама у нее была доктором, а отца не было. Вначале она училась в нашей школе, но потом перевелась в другую, в которую нужно было добираться в морозном трамвае. Глупо, потому что наша школа, восьмая, была от дома Людки в пяти минутах ходьбы. Но новая была ближе к центру города.

Мы с Людкой встречались около года. Ходили, держась за руки, и я читал ей мои стихи. Вообще-то имя Людка ей не подходило, ей бы какой-нибудь Ирмой или Эрикой называться. В ней что-то было иностранное, непростое. У меня были подозрения, что отец ее — немец. Ну то есть оккупант. Возраста она была как раз такого, ее вполне могли зачать, когда немцы стояли в Харькове. Харьков немцы брали два раза, надо сказать, находились в нем не один день и вполне могли зачать, и скорее всего так и сделали, тысячи детей.

Кроме того, что мы ходили с Людкой за руку, в нее был влюблен Витька Крюков с золотым зубом. С башки у него свисал огненный чуб, вот уж кто был ярко-рыжим, так это Витька. Жил он в частном секторе, в сером от ветхости домишке, за серым же вылинявшим от дождей и солнца забором. Крюков отчаянно хотел меня побить, с глазу на глаз обещал руки и ноги повыдергивать. Но побить меня он не мог — я всегда умел устраиваться, у меня были сильные покровители, салтовские быки-спортсмены. «Если бы не Саня Красный, я бы тебе, поэт, башку-то уже давно бы проломил», — говорил он мне, перехватив возле дома Витьки Ревенко, розовощекого моего одноклассника. Мой Витька был соседом Крюкова. Говоря про проломленную башку, Крюков мечтательно улыбался, и весеннее солнце отскакивало от его рыже-золотого зуба. Я обходил его стороной, а он все шел за мной, бормоча угрозы: «Людку не трогай, поэт, она за меня замуж должна выйти...»

Однажды я встретил их около стадиона. Людка преспокойно шла, держась с ним за ручку. На мой злой вопрос: «Ты что, Людка...?» — она сказала: «Я потом тебе все объясню» — и утащила Крюкова.

Объяснила она мне все уже на следующий день. Было холодно, выпал снег. Мы встретились, как обычно, у недостроенного стадиона. «Видишь ли, — сказала она, — мне с ним спокойно, его все боятся, а он боится меня. Мать мою угораздило получить квартиру здесь, на окраине, одна шпана вокруг, девочке тут трудно жить. Да я не сплю с ним, можешь не надуваться».

Со мной она тоже не спала, хотя мы к этому двигались. С ней было хорошо, она была такая нежная, спокойная, умная, видимо, лишь наполовину рыжего темперамента. Впоследствии, мне говорили, она таки вышла замуж за Витьку Крюкова. И переехала к нему в его старую избушку. Во дворе его дома отчаянно цвела сирень, я помню. А на ее носик весной вдруг садились такие милые маленькие веснушки... Я надеюсь, они прожили свою жизнь скромно и счастливо. Она сделала правильный выбор. Я — ненадежный тип.

Collapse )
.