Алексей Евсеев (jewsejka) wrote in ed_limonov,
Алексей Евсеев
jewsejka
ed_limonov

Categories:

Эдуард Лимонов // "Советская Россия", №65, 3 июня 1993 года

из архива Ильи (г. Дзержинск):

ИМПЕРСКИЙ ИНСТИНКТ

Я сознаю, что этой статьёй, замахнувшись на миф ГУЛАГа, я обижу и возмущу немало людей. Однако я считаю, что несправедливый миф заслуживает того, что бы его разбили как Идола. Исторические предрассудки существуют до тех пор, пока не найдётся тип, который придёт и ударит по ним молотком. Так называемый сталинский террор объясняется обычно капризами тирана. Я вижу по-иному.

Миф и реальность

Согласно интервью допутчевского Крючкова, шефа КГБ, соратника Горбачёва, опубликованному в первом номере «Литературной газеты» за январь 1991 г., в ГУЛАГе побывали (за все 30-е, 40-е и 50-е годы) три с лишним миллиона человек и погибли там 780 тысяч человек. Однако эти реальный цифры не цитируются, в обиходе по-прежнему остаются фантастические «миллионы жертв» или даже «60-70 миллионов погибших». Таким образом, чудовищно преувеличенные, мифологические цифры, раздутые совокупно (каждая группа преследовала свои цели) советскими диссидентами, западными разведслужбами и использованные в конце 80-х годов ещё раз «демократами», продолжают, фальшивые, оставаться в обращении. Увы, в популярной истории (для неумеющих или не имеющих времени самостоятельно мыслить, таковых, увы, всегда немало), кажется, останутся эти «десятки миллионов погибших в ГУЛАГе». «Ложь, повторенная множество раз, становится правдой», – пояснил некогда профессионал дезинформации Геббельс.

СССР и его прошлое сатанизировали по тому же рецепту, по какому сатанизировали другую великую империю – Римскую. Только один параллельный пример из области жертв. Все помнят рисунки из учебников истории: христиане с горящими глазами, сбившись в кучку на арене, ждут приближающихся к ним страшных хищников, чаще всего это львы. Поверху, на балконе, пирует кровожадный Цезарь, окружённый пьяными собутыльниками и полуголыми девками. Согласно отцам церкви многие десятки тысяч мучеников якобы погибли на римских аренах. Достоверные же цифры (их приводит английский историк Дэйвид Кейс)… пятьдесят христиан за 200 лет были брошены диким зверям.

Империю сегодня сделали символом зла. Местный этнический, феодальный инстинкт повсюду побеждает имперский инстинкт. (Последнее проявление имперского инстинкта – референдум 17 марта 1991 г. Народ советский желал империю, но не нашлось имперских лидеров.) Выпущенные из Союза руками Ельцина, Кравчука, Шушкевича – трёх бесталанных пожилых граждан Великой Империи, местные национализмы демонами разгулялись на просторах Евразии: в кровавую воронку карабахского конфликта уже затянуты многие десятки тысяч жизней. Молдавия… Осетия… Абхазия… Таджикистан… югославские войны… За прошедшие полтора года я побывал на пяти войнах: запах падали, гнилые трупы, солдаты и разрушенные города. Это всё феодальный инстинкт в действии.

Имперский инстинкт присущ только великим историческим нациям. Он ведёт к созданию цивилизации, к склеиванию племён вокруг языка, великой культуры и военной и государственной энергии. Империя есть государственная форма, в которую отливаются цивилизации. Феодальный же инстинкт присущ малым и особенно неисторическим, никогда не имевшим своей государственности или имевшим её очень недолго народам. Империя, однажды кроваво установившись, склонна к великодушию, к прощению, к собиранию племён и к их растворению в общем имперском принципе. В то время как феодальный инстинкт брутален, мстителен, склонен к жестокостям и низостям ради жестокостей и низостей. (Скажем, взятие заложников: имперские нации до этого не опускаются. Однако сколько раз русские офицеры и солдаты служили заложниками кавказским националистам?) Имперский инстинкт опирается на разумное видение мира, феодальный – на мгновенные страсти.

Римская империя просуществовала четырнадцать веков, до 1204 г., когда Константинополь был захвачен крестоносцами. Историки обращаются обыкновенно к римскому миру после седьмого века как к «Византийской империи». Этот термин есть позднее искусственное измышление. Для её народов она оставалась, как и всегда была, Римской империей. В зените её могущества 60 миллионов человек жили на территории современных 36 стран, называя себя гражданами империи. А управлялась эта махина довольно легко, всего тремястами высших администраторов и угрозой военного наказания. На большинстве территорий Римской империи армия была едва заметна, но потенциальные бунтовщики сознавали угрозу и помнили об участи, постигшей других. Первое правовое государство своего времени, воцарившись среди истеричных национализмов, оно вызывало, разумеется, дружную ненависть парфян, мидян, иудеев и прочих субъектов античного мира. В конце концов мощную империю доконали. В наследство феодальным варварам досталось: большинство городов Европы (они основаны римлянами); римские дороги; римские законы послужили основой всех европейских законодательных систем; две огромные религиозные организации: католическая и греческая ортодоксальные церкви; военное искусство: римские битвы изучаются во всех военных академиях мира. Даже рясы, носимые высшими чинами христианской церкви, имеют в своей основе воскресный костюм римского аристократа IV века.



Великая Российская…

У нас, русских, была своя Великая Империя. Это неоспоримо. Не колониальная, которая основывается не на слиянии, а на подавлении доминирующей нацией других племён. Нам удалось построить некое подобие Римской империи, но большинство нашего населения этого даже не заметило. А тот, кто заметил, не сумел объяснить этого соотечественникам, одержимым скукой – нормальной, кстати говоря, болезнью империй. Философ румынского происхождения, живущий в Париже, Чиоран, писал: «После того как нация оставляет свои цели доминирования и завоеваний, тоска и общая скука обрекает её на медленное умирание. Бич наций в полном расцвете, скука уничтожает их жизненную силу».

Благосостояние всегда вызывает скуку. Позже враги империи – «демократы» презрительно назвали наше самое равномерное в истории человечества благосостояние «застоем». Мы были по-иному сыты, чем Запад, но все были сыты.

В 1975-1980 гг. я безуспешно пытался объяснить американцам, что жизнь в СССР скучна. Американские газеты отказывались печатать мои статьи, им было выгоднее пропагандировать диссидентское лживое видение СССР как «кровавого режима». Это был год выхода в свет первого тома «Архипелага ГУЛАГ». Парадоксально, но режим стало возможно называть «кровавым» именно тогда, когда у него выкрошились все клыки.

Империю строили тысячелетие. Следует неотложно понять раз и навсегда, что семьдесят лет Советской власти – это тоже империя. Идеология, да, сменилась в 1917 г., но империя сохранилась и упрочилась. (С тех пор умерли и белая, монархическая идеология, и красная). А этот имперский инстинкт вёл красных конников в походе на Тегеран в 1921 г. И этот же всё ещё мощный имперский инстинкт бросил нас на Берлин 16 апреля 1945 г.

Имперский инстинкт был обязан подавлять местные этнические, феодальные проявления энергии во имя высшей цели: безопасности и равномерного благосостояния всех. Потому незамедлительно отправлялись в ГУЛАГ все литовские «лесные братья», поклонники украинского трезубца, бандеровцы и им подобные. Основную массу политических заключённых ГУЛАГа всегда составляли националисты, ибо империя мудро сознавала, что местные истеричные демоны есть её основные противники. Сегодня если не те же люди, кто заполнял бараки ГУЛАГа (Чорновил – яркий пример), то в большинстве своём их наследники, продолжатели, родственники и духовные братья стреляют в Кавказских горах, на равнинах Молдавии, истерично вопят в зданиях своих парламентов.

Когда римляне уставали от набегов варваров на пограничные имперские города, в горячую точку высылались боевые легионы. В империи советского периода (сотни тысяч раз опороченное) НКВД предохраняло основную массу жителей империи, две сотни миллионов и позже три сотни миллионов, от агрессивности нескольких сотен тысяч. Сегодня некому охранять: и лупят из пушек и танков бывшие «жертвы ГУЛАГа» или их дети от Бендер до Душанбе. Солженицын, носитель местного, московско-рязанского феодального инстинкта, был поддержан Западом в его борьбе против империи. (Неужели ему в голову не пришло, что насилие ГУЛАГа было защитительным насилием?) Сам кавказец, цезарь Иосиф Сталин знал секрет империи, её уязвимость демонам национальных страстей, потому «срока огромные» при нём и позже давались именно носителям пагубных национальных страстей.

Уже не СССР, но Россия – всё же многонациональное государство. Правительство, которое наконец захочет спасти Россию и её граждан, неминуемо должно будет принять и жёстко следить за соблюдением закона, согласно которому отделение от тела России территорий на основе и под предлогом национального суверенитета будет признано и государственным, и расовым преступлением. И будет караться «сроками огромными» за особо тяжкое племенное феодальное рвение. Робер Давид, израильский журналист, выходец из государства, которое знает, как обращаться со своими врагами, года три назад опубликовал статью, в которой советовал собрать всех представителей народных национальных фронтов в одной камере Бутырок. «Взгляд, конечно, варварский, но верный», – скажу, перефразируя поэта Бродского.



Их «драгоценные» культуры

Основной аргумент любой взятой наугад националистической интеллигенции: «национализм, говорят они (армянский, молдавский, латвийский), нужен нам, дабы защитить национальную культуру». Да помилуйте, это фальшивый аргумент. Ваши национальные культуры были защищены империей лучше, чем русская. Ни в какой Франции, США, ни в каком многонациональном Китае нет столько литературы на языках народов, столько школ иных языков, столько театров, сколько было в СССР. Армянский Ватикан – Эчмиадзин жил как государство в государстве, в то время как у себя в России безжалостно превращали церкви в стойла и склады и взрывали храмы. (Беру Армению как пример, наугад. Однако верно и то, что первый толчок феодализма случился в Армении.) Армянские газеты и книги, армянские фильмы выходили всегда. Глобально, геополитически мы, русские, согрели вас, братья, под крылом империи, а не согрели бы, давно бы вы разделили участь курдов. Рождаясь в Бейруте, вы, армяне, учились в Ереване, и с советскими и другими паспортами свободно разъезжали по миру: и в Нью-Йорк, и в Париж. Нам русским, римлянам в империи, такая свобода и не снилась… Нет, это не защита культуры, но ваши феодальные страсти погнали вас в Карабах, где никто не нуждался ни в каком освобождении. Это ваша безрассудность погнала вас. Прекратить вовсе ваши конфликты с азербайджанской нацией империя не могла, но в 1921-1986 гг. эти ваши конфликты оставались в пределах уголовной хроники. Вы ваши всегдашние трения с другим народом превратили в междоусобную бойню. Но самый тяжкий грех в вашем поведении, что вы стали убивать из засады, подло наших офицеров (ростовское дело), вы брали и продолжаете брать русских военнослужащих в заложники.

К армянам особый счёт. Близкие по вере, они казались нам братьями, и мы с ними обращались как братья. У меня в книге «У нас была Великая Эпоха» есть персонаж, он же и реальное лицо: сержант Махитарьян, служивший под начальством моего бати-лейтенанта, светлая личность моего детства. Так это его сыновья берут сегодня русских в заложники? Культуру защищать национальную! И для этого превратить Карабах в нежилую, обгорелую, страшную землю, где уже никто не сможет жить нормально в ближайшие несколько десятилетий? Империя была умнее и добрее: она устраняла выборочно и индивидуально. Часто и ошибалась, насилие направляла не на того. Но у империи не было личных счётов. У вас, господа, одни личные счёты и страсти.

О культуре же следует сказать вам неприятную, циничную правду. Никакого возрождения армянской ли, грузинской ли и даже украинской культуры не будет. На пороге XXI века поздно развивать национальные культуры, потому что мир через телевидение, радио, кинофильмы подвергся и подвергается агрессии общезападной городской цивилизации. Сохранятся после этой агрессии только языки больших народов и традиции крупнейших наций. Предлог развития культуры – полнейшая демагогия. Национальное государство и культура не состоят друг с другом ни в арифметической, ни в геометрической связи. Какая культура у княжества Лихтенштейн? И даже у Голландии с её двадцатью миллионами населения никакой особой голландской культуры нет после 1945 г. Есть общая со Швецией, Данией, Норвегией и более всего с Германией. Ибо мощная германская нация задаёт тон. Армянские, литовские, казахские писатели благодаря империи были доступны десяткам миллионов читателей. Сегодня они обречены на аудиторию в несколько тысяч в лучшем случае. На Франкфуртской книжной ярмарке в 1986 г. американские издатели купили семь французских книг. Только семь! Так то французских!

У некоторых народов, ловко выделивших себя в национальные государства как только представилась возможность, и письменности-то не было, а это империя озаботилась созданием их письменности. Русские учёные записали их эпосы для сохранения. Великая русская нация, великодушная и неравнодушная, поощряла местные феодализмы. Не только не запрещали, но насаждали повсюду двуязычие: школы на местном и на русском языках. В результате такой политики империя в конце концов оказалась в положении острейшего противоречия. Отправляя в ГУЛАГ созревшие ядовитые плоды национализмов: «лесных братьев», поклонников трезубца и прочих, мы тщательно культивировали деревья, на которых выросли эти фрукты – национальные школы, театры, газеты, издательства. Потому к концу 60-х годов они, эти от центра стремящиеся силы, колонизировали нас, колонизировали метрополию даже империи, по крайней мере её крупные города. (Москву-таки физически колонизировал Кавказ.) Постепенно под дряхлыми порталами наших государственных учреждений стали господствовать западничество в форме «демократии» и феодализмы, но не имперский дух.

А партия, спросит читатель? КПСС я предъявляю мои упрёки. Упрекаю её за слабость, за ханжество и притворство, за то, что позволила себе превратиться из сурового военно-монашеского ордена большевиков в вялую и жирную бюрократическую организация. За неестественную систему отбора лидеров на основании чиновничьих качеств повиновения, потому талантливая молодёжь просто не попадала в партию. Судьба КПСС как организации трагична. К несчастью, судьба империи оказалась сплетена с судьбой этой организации, ибо, увы, из людей партии формировалась высшая администрация империи. Годы падения имперского инстинкта в последние десятилетия позволили местным коммунистическим царькам выковать себе из всего и ничего (из предрассудков, мстительных исторических воспоминаний, умерших обычаев и пр.) национальные феодальные идентификации. 1985 г. освободил их. Убийство СССР позволило полсотне местных царьков в республиках сделать последний решающий шаг: стать настоящими феодалами, установить свою феодально-этническую власть. Подкрашенную поверху в модные цвета «либерализм» и «демократию»; представить себя президентами «наций» и «государств», якобы обретших свободу при падении коммунистической тирании. Этот трагический маскарад, увы, не понят и не замечен равно ни интеллигенцией России, ни её политиками.



Часовой евразийских пространств

130 евразийских племён были объединены в Великую Империю по принципу политического суверенитета и цивилизаторскому принципу, а не по национальному. Потому это было удачное государство, на одной шестой части суши царил мир. Да, Великая Империя была построена на фундаменте Российского государства, и российский народ послужил нацией, вокруг которой возникла великая евразийская цивилизация. Повторяю: среди наций существует естественная иерархия, как и среди индивидуумов. Наиболее способные нации необходимо лидируют в мире. Каждая государственность покоится на силе, и только на ней. Каждая государственность рождалась в кровавых войнах с соседями. Те племена, которые не смогли создать свою государственность до самого конца XX века, просто не способны её создать. И никакие голубые каски ООН или американская морская пехота не могут поддерживать существование искусственно созданных всего лишь общим голосованием государств сколько-нибудь продолжительное время. Обуза себе и другим, государства-паразиты – мусульманская Босния, Эстония или Латвия – не в силах ни защитить себя, ни прокормить. Мы только что наблюдали рождение государств-уродцев, инвалидов, «национальных республик», существование которых ни на чём не основано, помимо произвольной фантазии буржуазии каждой республики. В осуществлении этих фантазий республикам помог Запад, заинтересованный в распаде могучей империи. Но Запад не станет воевать за все республики. Уже испуганный инспирированной им же резнёй в Боснии (а как ещё классифицировать признание Боснии странами Запада, за которым немедленно началась война?), он уже медлит, вмешаться или нет… «Республикам» следует помнить, что независимости даны им не по силам, но как милостыня, а милостыня может быть завтра отобрана.

Человеческие племена агрессивны. В этом их доблесть и причина кровопролитий. Среди народов постоянно идёт и никогда не кончается пир каннибалов. Мир – скорее исключение из правила, застой – исключение из войны. Одни народы пожирают другие. Российскую цивилизацию и созданную ею империю сегодня пожирают слабые, потому что, не побеждённая физически, империя покончила с собой. Нам сумели навязать ложные принципы «общечеловеческих ценностей» и «нового мышления». Западные государства не живут сами согласно этим принципам, игнорируя их, они живут согласно старому доброму принципу «сильный всегда прав». Мы слишком великодушны, чрезмерно добродушны – будем же сильны!

Сплотимся все. Проникнемся духом героизма. Проникнемся героическим мужеством наших предков и защитим нашу российскую цивилизацию, воссоздадим наше многоплеменное Российское государство – империю. Будем беспощадны, ибо нас не пожалеет никто. Российская цивилизация должна вернуться к выполнению исторической миссии своей – часового евразийских пространств.



Даёшь империю!

Если национализм – феодальная страсть мелких народцев, то идеология великого народа – империализм. Нам насущно нужна наша империя. Маленьким, крошечным русский народ быть не сможет. Так же как не может быть крошечным и никогда не успокоится германский народ. Отсутствие империи неизбежно приведёт нас к моральным, политическим и человеческим извращениям. Достаточно назвать одно из извращений, самое страшное – братоубийство. В войнах, настоящих и будущих, между пятнадцатью республиками русские вынуждены будут воевать (и уже воевали: в Приднестровье) брат против брата.

Следует громко, в голос, признать: да, мы хотим империю! Да, даёшь империю, Российскую империю, исходя из принципа: там, где живут русские, там – империя. Границы России должны соответствовать этническим границам расселения русских. Нам нужна политика русификации: политика «плавильного котла», подобная американской. Мы никого не оттолкнём. Мы упраздним национальность в паспорте.

Империя – это безопасная крепость для всех, защищённая от феодальных, крысиных страстей жизнь. Янки – объективно наши противники, но и их империя являлась убежищем. В Америку в XIX веке и в ХХ бежали армяне, греки, турки и ещё десятки народов, спасаясь от феодальных крысиных страстей в своих странах. И сегодня бегут в метрополию империи, в Россию, армяне, грузины, азербайджанцы, среднеазиатские народы, спасаясь от феодальных крысиных страстей.

По мере дискредитации ельцинского режима всё большее количество пастухов стада человеческого (или претендентов на роль пастухов) декларируют себя патриотами и (или) националистами. Однако редко кто из них имеет ясные идеи национализма. Какой национализм хотим мы воздвигнуть в России и в какой России? Феодальные, придирчивые (к составу крови, к имени, религии), узконациональные сектантские импульсы неизбежно приведут к созданию низкого духом феодального государства, в котором будет тяжело дышать и русским. Высокие же имперские импульсы российского народа, носителя цивилизации, неизбежно приведут к империи, великолепной высшей форме государства.
Tags: "Советская Россия", тексты Лимонова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments