Алексей Евсеев (jewsejka) wrote in ed_limonov,
Алексей Евсеев
jewsejka
ed_limonov

Categories:

Эдуард Лимонов // "Советская Россия", №97, 17 августа 1993 года

из архива Ильи (г. Дзержинск):

ЗАРАБОТКИ ВОЙНЫ

Поговорим вначале о боевых качествах американца. О Рэмбо все слышали. О киногерое-супервоине, его запустил на экраны мира актёр Сильвестр Сталлоне, рост 172.

Обыкновенно наёмники (mercenaries – по-английски) выбрасываются в мир волнами, каждый раз с окончанием очередной колониальной войны. Неудачный военный путч в Алжире в 1961 г. поставил тысячи бывших военных наёмников (парашютистов, офицеров и солдат иностранного легиона) в африканские войны конца 60-х – начала 70-х годов: в Конго, Катангу, Биафру, Анголу… Однако среди прославленных наёмников (Викс, Пюрен, Хоаре, Шрам, Денар) нет ни единого американца. Вопреки лжи, распространяемой по всему миру Голливудом (кинематографические подвиги зелёных беретов, представленные Сталлоне или Чак Норисом), – стыдная правда обнаруживается, если обратиться к профессиональным источникам. Фундаментальное (более 500 страниц) исследование Антони Моклера «Новые наёмники» иронически сообщает нам, что «многие американцы признаются, что мечтают и фантазируют о том, чтобы стать наёмниками, в Соединённых Штатах существует цветущая субкультура журналов для наёмников, каковые журналы обслуживают именно эти фантазии, — но едва ли один янки (как о том свидетельствуют последующие главы) действительно завербовался в современные годы в наёмнические формирования или участвовал в операциях, с которыми имеет дело настоящая книга. В сравнении с британцами или французами их количество настолько минимально, что неизмеримо, и это – несмотря на окончание войны во Вьетнаме, которая в теории должна была бы выбросить широкие массы высокотренированных и обладающих опытом американских солдат на рынок наёмников. Они никогда не материализовались». (стр. 21).

Моклер не вдаётся в причины, по которым американских «Рэмбо» не существует в реальности. Я вам скажу почему: потому что янки – трус. Большой, мясомассый, откормленный, бритый затылок в толстых складках устрашающе выглядит, но в груди его бьётся кроличье сердце. Всю их историю янки воевали против слабого врага: вначале против индейских племён, вооружённых топорами, против жидких войск английского короля, еле добравшихся в американское, за океаном, захолустье; против обессилевших малолюдных колониальных провинций Испанской империи. Самой серьёзной войной была для Америки междоусобная: между индустриальным Севером и плантаторским Югом. Однако чрезвычайная жестокость, безжалостность, склонность к употреблению орудий массового уничтожения были с самого начала характерными чертами ведомых американцами войн. Политика уничтожения не только населения, но и мест их обитания, посевов, заражения рек и источников воды применялась янки задолго до войны во Вьетнаме. Коварство и предательство входили в арсенал поведения янки со времён возникновения их как нации. Только один пример. В 1898 г. восставшие против испанского колониализма филиппинцы во главе с Эмилио Агуинальдо попросили помощи у Соединённых Штатов. Опрометчиво. Не знали, с кем имеют дело. Потопив испанский флот в порту Манилы, американцы тем самым нанесли Испании сокрушительное поражение. Но «освободив» Филиппины, янки не ушли. Они просто-напросто аннексировали Филиппинский архипелаг (семь тысяч островов, около 300 тысяч кв. километров), заплатив через голову филиппинцев Испании 20 миллионов долларов.

Далее цитирую по книге «Заработки войны» (авторы американские – Ричард Северо и Льюис Милфорд): «Теперь, когда испанцы ушли, Агуинальдо продолжал чувствовать, что логически, хотя и не реалистически, его народ не должен быть подчинён ещё одной иностранной силе, несмотря на 20 миллионов долларов. Его вовсе не впечатляли американцы и их желание «улучшить» Филиппины, посадив семена американской демократии и протестантско-китайско подкрашенной рабочей этики, каковая, так чувствовали многие протестанты (но куда меньшее количество католиков), так прекрасно «работает» в Соединённых Штатах. И он не был также успокоен заверениями президента Мак-Кинли, что американские солдаты находятся на Филиппинах не как «завоеватели или оккупанты, но как друзья, для того, чтобы защитить местных, их дома, их бизнес, их личную и религиозную свободу». Филиппинцы чувствовали, что могут сделать это всё сами, если бы только иностранцы оставили бы их в покое. И таким образом первая схватка между восставшими Агуинальдо и американцами произошла в феврале 1899 г.». Агуинальдо провозгласил Филиппинскую республику.

Предав доверие нации, видевшей в ней защитников, янки были изумлены и оскорблены в их чувствах. В газетах янки того времени филиппинцев называют «предательская и жестокая нация… то, что мы называем дикари». К 1901 г. американские оккупационные силы на Филиппинах насчитывали уже 30 тысяч солдат. (При том, что всё население Филиппин того времени было семь миллионов). Партизанская война: засады, неожиданные нападения из джунглей – всё, что могли противопоставить филиппинцы хорошо вооружённому профессиональному экспедиционному корпусу. В сентябре 1901 г. после особенно удачной атаки филиппинских герильерос в Балангига бригадный генерал Жакоб Смиф, командир 6-й отдельной бригады, вызвал к себе майора морской пехоты Литтлетона Воллера.

Дальше я цитирую опять по книге «Заработки войны», дабы не быть голословным. Страница 213. Бригадный генерал говорит: «Я не хочу пленных. Я желаю, чтобы вы убивали и жгли – чем больше вы убьёте и сожжёте, тем больше я буду доволен». Он также сказал Воллеру, что «внутренняя часть острова Самар должна быть превращена в вопиющую пустыню». (Через 70 лет, вспомните, они применят с той же целью во Вьетнаме «Агента Оранж»). Воллер, ветеран многих сражений, знающий хорошо правила войны, был, однако, изумлён приказом. Он попросил генерала Смифа прояснить, что он имеет в виду, говоря: не хочу пленных. Какой возраст должен быть освобождён от массовых экзекуций? Воллер хотел знать, какой возраст будет определять, кто будет жить и кто будет умирать. Смиф установил лимит как ДЕСЯТЬ ЛЕТ. Всякий, кто старше, должен быть расцениваем как «враг и убит». (Нужны ли комментарии? – Э.Л.).

Несколько цитат из писем американских солдат того времени в Америку родным! Антони Мишеа, из 3-го артиллерийского: «Мы бомбардировали (обстреляли) место, называемое Малабон, и затем мы прошли туда и убили каждого местного, кого мы встретили, мужчин, женщин и детей. Это было ужасное зрелище, убийство этих бедных созданий».

Е.Д. Фурнхам из вашингтонского отряда: «Мы сожгли сотни домов и разграбили ещё сотни. Некоторые из ребят сделали неплохие запасы ювелирных изделий и одежды… У нас есть лошади и экипажи и достаточно мебели и другого награбленного добра, чтобы нагрузить пароход».

Специальной американской пыткой, практиковавшейся на Филиппинах янки, было «водное лечение» («water cure»). Пытка имела варианты. Простой: кран или шланг проталкивался глубоко в рот жертве. Во многих случаях вода была солёной. В ситуации, когда под рукой не было ни крана, на шланга: руки связаны за спиной, жертву окунали головой в бочку или в таз. Ювальдо Абинг, «Народный президент» городка Хименес на острове Минданао, был подвергнут изощрённому «водному лечению»: его голова была погружена в бачок для гальванизации. Его палачом был капитан Джеймс Райан из 15-го кавалерийского. Не мудрствуя лукаво, янки называли филиппинцев «ниггерс»…

Остановимся. Мы не ставим здесь цель перечислить все преступления этой нации. Для этого понадобятся тома. Всего при завоевании американцами Филиппин погибло от 200.000 до 600.000 филиппинцев. При тогдашнем населении в семь миллионов человек это – геноцид. Только в 1946 г. Филиппины получили «независимость». И разумеется, проамериканскую политику, и не одну, но несколько самых крупных американских военных баз в Тихом океане впридачу. Филиппины до сих пор не выкарабкались из-под американского ярма.

Филиппинский геноцид – лишь один из эпизодов, несколько десятков капель, лужица крови в том кровавом шлейфе, который тянется за американской нацией через всю её историю. Добронравные дяди и в России и на Западе любят поговорить о свастике. Знак доллара наверняка оставляет свастику далеко позади по количеству жертв, погибших во имя торжества нации, избравшей доллар своим символом. Начав где-то с 1620-х годов, сразу же с уничтожения целых народов, с геноцида коренных жителей Северной Америки, индейцев (американские и западноевропейские источники всегда сознательно преуменьшали количество коренного индейского населения до 1,5 миллиона человек. Самые поздние исследования на эту тему опровергают их. Многие миллионы!), американская нация выработала на протяжении каких-нибудь 350 лет своего существования опасную для соседей (и всего мира) психологию.

В основу её легли следующие компоненты: чудовищная вечная уверенность в своей правоте, выросшая из пуританской этики, из беседования с Богом с глазу на глаз. Плохая наследственность, преступная кровь ссыльных и авантюристов всегда толкала Соединённые Штаты к жестокости. Не следует забывать, что американцы – единственная белая нация, практиковавшая рабовладение в индустриальных масштабах. Позднее к пуританскому самодовольству и самоуправству добавилось значительным компонентом ближневосточное влияние: коварство, наглость, изворотливость, стяжательство, завезённое волнами иммигрантов из Восточной Европы.

Янки сколотили себе огромную державу при помощи пушек и доллара. В 1816 г. Соединённые Штаты купили у Франции целый штат Луизиану, в 1819 г. у Испании – штат Флориду. В 1867 г. приобрели Аляску у русского царя. Ещё в 1823 г. президент Джеймс Монро провозгласил в «доктрине Монро» американское исключительное право на господство в Западном полушарии. Европейцам отныне было строго заказано вмешиваться в политику Западного полушария. Тем самым целый континент Латинской Америки был отдан под безраздельное господство янки. Заключая мирные договора с тем, чтобы коварно нарушить их, аннексируя, захватывая, разбойничьими методами были созданы Соединённые Штаты. В 1845 г. США аннексировали независимую республику Техас (до этого в 1821 г. они «помогли» техасской революции). В 1848-1850 гг., направив пушки канонерки на городок Монтерей, в то время столицу Калифорнии, заставили мексиканского губернатора «отдать» им штат. И т.д. и т.п.

Соединённые Штаты Америки несказанно разбогатели в первой мировой войне, ссужая деньгами (под проценты) европейские страны. Сами они вступили в войну только 2 апреля 1917 г. Следуя своим инстинктам стервятника, США выждали, выбрали себе наиболее выгодную сторону. Потери их потому абсолютно незначительны в сравнении с потерями России (1.700.000) и Германии ((1.950.000) – 114 тысяч, в основном цветные солдаты. Та же история повторилась во второй мировой войне, и если бы не японское нападение на Пирл-Харбор, янки нескоро бы ещё вступили в войну. Американский солдат проявил себя значительно ниже как боевая единица, нежели и германский и японский солдаты.

Во второй мировой войне сложилась полностью трусливая тактика янки: вначале бомбардировка противника авиацией и затем только, когда всё живое выбомблено, американский солдат может быть поднят в атаку. Благодаря такой тактике янки потеряли во всей второй мировой войне на всех фронтах, включая японский, всего 300 тысяч человек. В марте 1945 г. генерал Омар Брэдли вычислял: «Взятие Берлина будет нам стоить сто тысяч человек. Тяжёлая цена для исключительно престижной цели» (Из книги «Война между генералами» Дэвида Ирвинга, стр. 376). Потому, подсчитав, удовольствие взять Берлин предоставили «диким монголам», как генерал Паттон называл русских. Однако, когда в конце декабря 1944 г. Гитлер, собрав в железный кулак 6-ю панцирную армию «СС» и 5-ю панцирную армию, бросил их против американских 99-й, 106-й и 28-й дивизий в Арденнах, это «дикие монголы» спасли их. 21 декабря 1944 г. в абсолютной панике (немцы прошли через Люксембург и углубились во Францию) генерал Эйзенхауэр телеграфирует генералу Маршаллу (тому самому, чей «план Маршалла» – он был военным советником Рузвельта): «Необходимо любой ценой, чтобы русские прояснили для нас их тактические и стратегические намерения. Почему русские отложили их наступление?». Эйзенхауэр направляет в Москву к Сталину своего адъютанта генерала Теддера. Янки необходимо русское наступление, американцы сломались и бегут перед панцирными дивизиями Гитлера, которые через Люксембург грозят вылиться на французские равнины. Сталин молчит.

8 февраля на заседании генерального штаба Эйзенхауэра Стронг, офицер разведки, докладывает: «Множество вещей зависят в настоящий момент от того, когда русские захотят атаковать. Мы надеемся, что они начнут наступление до конца февраля. Без такого наступления немцы смогут отозвать многочисленные дивизии с восточного фронта и соединить их здесь». 13 января русские начали их большое наступление. Несколько дней спустя они взяли Варшаву. В Вашингтоне военный секретарь (т.е. военный министр) Генри Стимсон записывает: «Это великолепная новость, так как, веря в то, что русские сдержат слово, медлительность Сталина заставляла нас волноваться» (Цитирую по той же книге «Война между генералами», стр. 354). И они-таки переволновались. Янки потеряли в Арденнах семьдесят тысяч убитыми и ранеными и огромное количество военной техники. Не будет преувеличением сказать, что мы спасли их.

Однако чувство благодарности неведомо янки. Уже 11 февраля Эйзенхауэр записывает: «После их первых великолепных успехов русские продолжают хорошо наступать. Но Бог знает, что для меня лучше бы они наступали медленнее». Генерал Паттон в мае пишет письмо жене Беатрис, где называет русских «злобной и дикой расой». (И всё это, читатель, в момент, когда наши простодушные отцы и деды обнимались с ними на Эльбе, радостно улыбаясь победе и союзникам!) Дальше – больше. В июле Паттон пишет Беатрис: «Берлин нагнал на меня тоску. Мы уничтожили то, что было, возможно, хорошей расой (германцев. – Э.Л.), и мы сейчас заменяем их дикими монголами». В августе он заносит в свой дневник следующую запись о русских: «У меня нет никакого желания понимать их, разве что только для того, чтобы подсчитать, сколько нужно свинца и стали для того, чтобы убить их». 31 августа в письме Беатрис Паттон сообщает ей: «Весь этот шум в прессе по поводу братания (с русскими) – лишь показуха!». Ещё в сентябре 1944 г., когда ему объявили о визите в его штаб дюжины русских военных, Паттон предпочёл уехать на фронт, дабы не видеть их. Мерзавец Паттон «хотел немедленно перенести войну в Россию и считал возможным достичь Москвы в несколько месяцев». «Паттон, так же, как и Монтгомери (английский фельдмаршал, «союзничек», как и Паттон), сообщает автор «Войны между генералами» Дэвид Ирвинг «в частных разговорах считал, что если существует опасность войны с Россией, лучше всего её встретить лицом к лицу сейчас: англичане и американцы хозяева в небе и американские войска уже на месте и уже мобилизованы». Вспомните, что за несколько месяцев до этого они молили русских о наступлении…

Единожды сложившись, национальный характер не меняется. Начав с уничтожения, геноцида, захватов, так и остаются янки нацией бандитов. После тщательных подсчётов они хладнокровно применили ядерное оружие в 1945 г. После второй мировой войны мы помним, как горе и разрушение принесли они в Корею: ещё одна забытая война, которая между тем обошлась корейцам в 2,5 миллиона жертв! (Я писал об этом в статье «Век вторжений»). Вьетнамская война известна всем. После Вьетнама они на некоторое время поутихли, но оклемались быстро. Ливан, Гранада, Панама, Ирак, на очереди – Босния. Они остались теми же: жестокими, мстительными и трусливыми. Бомбардировка с безопасного расстояния – их излюбленный метод ведения войны. Не выдерживая рукопашной, боясь войны лицом к лицу именно потому нет среди них рэмбо, есть фантазии о том, чего нет, они предпочитают выморить противника сверхсовременными методами уничтожения. Когда-нибудь они изобретут какой-нибудь порошок вроде дуста: опрыскав этим порошком чужую страну, можно будет уморить население, как тараканов. В своей изобретательности, пытливой научности они напоминают гитлеровских учёных, всех этих менгеле. Недаром ядерная бомба, о которой мечтали германцы, появилась на свет у их преемников – янки.


Читатель, когда ты будешь читать эту статью, очень вероятно, что янки (с их подельниками по НАТО) будут уже бомбить сербские позиции в Боснии. Искать в их поведении логику – напрасный труд. Агрессивность, мстительность, желание уничтожить всякую силу, будь то страна или личность, которая им противостоит, — вот мотивы их поведения. Мне можно верить, я прожил в стране янки шесть лет. Но силу они уважают. Перед силой они преклоняются. «Дядя Джо» в сапогах и при трубке вызывал у них панический страх и уважение. Они вставали, когда он входил.
Tags: "Советская Россия", тексты Лимонова
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments